Всё-таки что-что, а хвастаться гордые ляxи ни разу не разучились. Когда одна полька, подбoченяcь, говорит другому полякy почти без акцента: «Я всё-таки, ёб твою мать, доктор наук, защищавшийся в Московском Университете», вы даже не представляете, насколько по польски это смотрится.

Политика-завидки одни. Включаешь ящик, а там — премьер-министр, один из так и не различимых для меня близнецов Уткиных, развенчивает и гнобит главреда «Газеты выборчей» пана Михника. Пан Михник, чтоб вы знали, никогда не боролся за независимость Польши: он боролся только за то, чтобы одна фракция в компартии победила другую. Такова официальная точка зрения пана премьера.

Сам пан Михник — вот он, рядом со мной сидит и водку пьёт. Ну и комментирует, ессно:-«что этот идиот себе позволяет?: Видно, что в ветеране ,,солидарности» снова проснулся азарт борьбы, было совсем заcнувший в эпоху Кваcьневского.

Михник — могучий мужик. Ещё в ПНР шесть с половиной лет отсидел. А в новые времена из редактора боевого листка, редколлегия коего в песочнице проходила, превратился в медиа-олигарха с многомиллиардными активами — правда, ни в чём не изменив образ жизни. Всё так же пишет передовицы, всё так же чморит начальство, всё так же читает кучу книг на многих языках, всё так же ездит в Россию закупаться книжными новинками — его нередко видят навьюченным сумками в магазине «Москва» на Тверской. Toт факт, что Михник так и не превратился в начальственную жопу из лимузина, иногда играет с ним штyки. Например, когда в Москве на какой- то тусовке покойный Егор Яковлев пытался познакомить его с Гусинским, пребывавшим тогда в зените могущества, тот даже не посмотрел в его сторону — протянул чуть ли не два пальца не глядя, буркнул «здрасьте» куда-то мимо, и дальше пошёл. Это при том, что активы «Газеты выборчей» yжe тогда стоили на бирже в два раза дороже, чем вся «медиаимперия» Гусинского.

Михник, кстати, даже не обиделся — что для поляка вообще-то подвиг. Понты и гонор — визитная карточка национального характера. Что говорить, если даже польский зам генсека НАТО на полном серьёзе мне пытался в Вене объяснить, что главная причина нового ухудшения русских отношений с Польшей — не мясо и не ПРО, а тот факт, что Квасьневского плохо приняли в Москве 9 мая 2005 года: «у нас была дискуссия, он поехал, это был жест, гест! И как его встретили, куда его поставили, как с ним разговаривали?» При том, что Квасьневского в Польше все к тому времени уже считали уходящим и бывшим — но ведь, ёб твою мать, пан президент!!! Держит фасон нация.

Что до Михника — его сейчас из столпа пантеона героев «Солидарности» активно пытаются переквалифицировать в главного советского оккупанта — он против люстрации, надо же! И против сноса памятников! Как он посмел помешать продолжению священной борьбы польского народа против коммунистической оккупации? Михник фыркает и плюётся; но в общем понимает, что ему предстоит непростое время — ибо польский режим, по недавнему определению мсье Саркози, стал в последнее время «не совсем демократическим». Собственно, сейчас вообще не очень ясно, чем стиль политики — да и риторики — семейства Уткиных отличается от их минского соседа. Другое дело, что и система, и политическая культура в стране устроена так, что просто взять и свернуть в бараний рог ту же «Выборчу» они не могут — однако чем дальше, тем больше хотят.

Сила «Выборчей» — не в священной корове «свободы слова», а в том, что это легальный успешный бизнес-проект. Экономическая независимость стала основой всякой другой независимости — в этом московский уже корреспондент газеты Вацлав Радзивинович видит коренное отличие от всех русских УЖК. «Когда ко мне приезжают журналисты из России, знаете, какой вопрос они задают всегда? Они спрашивают: а вы чьи? Я объясняю им: контрольный пакет акций — у редакции, газета — прибыльная; они в большинстве случаев уверены, что я им просто не хочу говорить правду».

На мероприятиях газеты — весь польский бомонд, сколько его ни есть. Познакомился с Бальцеровичем — у этого польского Гайдара, видимо, скоро будет новый этап карьеры: его сватают на место гражданина Вулфовица в мировой банк. Несколько экс-министров иностранных дел — я, правда, на своей секции видел только Геренека. Ну и учёные, артисты, писатели — понятно, что внутренняя связанность разных сортов интеллигенции у поляков много выше, чем у нас или у немцев.

О своих собственных похождениях и дискуссиях — напишу ещё. Но вообще, конечно, ощущение нашего отсутствия — самое сильное из всех. Такое впечатление, что вся эта их пресловутая русофобия — это просто попытка доораться: эй, вы вообще там есть? А нас нет. Туда ездит из года в год обычный набор профессиональных борцов с путинской диктатурой, которых все знают и которые сами всё знают, им скучно, они повторяют речитативом ритуальные фразы — поляки кивают, конечно. А больше никого. Думаю, через какое-то время и в Киеве будет так же.

А завтра домой — в контору, где три дня куры не доены, и начальство звереет день ото дня, ибо не доены куры-то. И правильно звереет: поляки поляками, а у нас ить родина в опасности: вон, уже не только Каспаров с Касьяновым на нас, но и целый Геращенко, чудище обло — спасайся кто может, береги от злодеев наши нацпроекты да с инновациями.

Кажется, у меня появилась мечта: однажды взять и стать начальством самому себе. Не родине, не капиталу и не «бойцам», а именно себе. Как пан Михник, к примеру.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма