Главная / Основной блог / Личное / Частное и общее

Частное и общее

Отцу исполнилось вчера, 13 сентября, 73 года. Я как-то писал о нём в ЖЖ.

Вечером говорили с ним за жизнь. Он же, самое интересное, всё ещё пока работает по специальности и на пенсию уходить не очень-то рвётся. И вот вечно же расскажет что-нибудь занимательное.

Сегодня рассказал про ситуацию с одним из своих проектов.

Вот есть в Подмосковье стотысячный город Жуковский; все его знают, там недавно авиасалон проходил, Путин приезжал и всё такое. В городе Жуковский, как и во многих других российских городах, серьёзная проблема с городской канализацией: построена она была ещё в древнесоветские годы, рассчитана на куда меньшее население, эксплуатировалась кое-как, о ремонте в лихие годы и мечтать не приходилось – в общем, сейчас стоки практически не чистят, сливают в речку как есть. Благо речка там называется Москва, и до того, как омыть своими водами город Жуковский, она уже успевает пересечь одноименную столицу нашей Родины – со всеми, в буквальном смысле, вытекающими. Но и стотысячник – та ещё вонючка, особенно при таких-то специфических «промстоках».

Местная власть, получив-таки из федерального бюджета соответствующие целевые средства, заказала отцовскому институту проект реконструкции очистных сооружений канализации (далее КОС). Точнее, заказала не напрямую мэрия, а генподрядчик строительства – но это здесь несущественно. Существенно другое: такие проекты в обязательном порядке должны проходить экспертизу в Госстрое (который нынче Агентство). И вот проект, подготовленный его институтом, получает на этой экспертизе отрицательное заключение.

Ситуация – мягко говоря, несколько необычная. Чтобы было понятно: в сегодняшней строительной вакханалии, когда нормы и стандарты уже де-факто не работают, самые сырые и безграмотные проекты, сделанные абы кем и абы как, нередко утверждаются и проходят экспертизы. Тут же проект, разработанный конторой, которая ещё в советское время была главным профильным институтом по данному вопросу; которая все эти «нормативы» сама же и разрабатывала. Сейчас она, может быть, и не впереди планеты всей по части ультрасовременных технологий водоочистки, но что-что, а вопрос соблюдения стандартов за долгие годы там отработан на автоматизме.

Придирки – откровенно высосанные из пальца; а некоторые попросту противоречат их же собственным критериям. Основной тип требований – «предоставить более подробный план работ», «приложить план-график с конкретными сроками строительства» и т.п. Иными словами, налицо намеренная техническая «блокировка» проекта.

В чём же причина? А вот в чём. Оказывается, экспертиза стоит денег, да причём точно таких же, как разработка самого проекта. А недавно ещё вышло некое не то «постановление», не то «распоряжение», согласно которому в случае, если проект отправляется на доработку, то за последующую дополнительную экспертизу может быть истребована доплата в размере до 30% от стоимости первоначальной экспертизы. Поэтому теперь заворачивать будут всех без исключения – просто в логике «максимизации прибыли»: прелесть допэкспертизы в том, что можно просто чуть-чуть переоформить старое заключение, сменить резолюцию с отрицательной на положительную и получить +30% как с куста.

Если взглянуть на это с точки зрения властей и жителей города Жуковский, а равно и всех городов, находящихся ниже по течению (вплоть до той самой Астрахани, где В.В.Путин намедни целовал выпускаемую в реку рыбину), то ситуация выглядит так: деньги выделены, проект реконструкции готов, строители тоже готовы строить новые КОСы – но стройка не начнётся ещё минимум полгода, а то и год. «Доработанный» проект от «недоработанного» при этом ничем отличаться не будет. Таким образом, единственный смысл этой задержки – только и исключительно в том, чтобы экспертиза Росстроя смогла получить свои тридцать процентов.

Собственно, выводов из этой истории у меня два. Вывод первый: бюрократические контрольные системы наименее устойчивы к коррупции, но наиболее изощрены в механизмах превращения отъёма денег в «сравнительно честный», а равно и в редукции любой формы своей деятельности к непрерывному конвейеру разного рода «кормлений». Неважно, кто ты – пожарник, врач СЭС или налоговый инспектор: главное, что ты приходишь в первую очередь за деньгами, а всё остальное – лишь инструментарий по их извлечению.

Вывод второй: попытка рационализировать бюрократию, как-то расшевелить её – почти всегда обречена. Система либо проигнорирует такой сигнал (что лучше), либо попытается просоответствовать – тогда вообще спасайся кто может.

Наверное, здесь есть много всякого, что называется, «хозяйке на заметку» о специфике управления таким государством, как России. Думай, голова, картуз куплю. Контроль же всё равно нужен, вот ведь что. И технологический, и экологический, и много какой ещё; и куда жёстче, чем нынешний, позволяющий, к примеру, сплошь и рядом возводить дома на таких фундаментах, что каждый второй из них – потенциальный «трансвааль». Но вот как добиться, чтобы пожарник следил действительно за пожароопасностью зданий, а не за размером «гонорара» за положительное заключение? В НКО-шные механизмы как эффективную альтернативу госбюрократии я не верю – там с коррупцией всё точно так же, многажды проверено.

А отцу – долгих лет жизни. И ещё, чтобы он побольше тратил времени на то, чтобы передавать специальность будущим инженерам, и поменьше – на то, чтобы общаться с всевозможными ведомственными «экспертами».

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма