Главная / Основной блог / Социальное / История / Медведев: логика поражения (Работа над ошибками-4)

Медведев: логика поражения (Работа над ошибками-4)

Меня тут ругают, кто в переписке, а кто и в личном общении, что я слишком часто стал поминать недобрым словом действующего гаранта. Мол, у тебя личное, не можешь простить увольнения «за Каддафи» и начальственных звонков в Калининград. Да нет же, бросьте. То, что нынешний Кремль мелочно мстителен, не более чем деталь ландшафта — местами важная, но не в моём случае. Самое досадное в другом: я долго, очень долго рассчитывал на то, что он способен на большее, чем показывает. Не я один, ну да это и так понятно.

В том смысле, что его поражение — это ведь и наше поражение.

Вот мой текст от 2007 г., из застрявшей у Павловского рукописи:

Везде, куда ни ткни, развитие упирается в «потолок роста» — сколь естественный, столь и непреодолимый.

Потолок роста – это не только проблема страны. Это и проблема любой фирмы, организации, движения. До тех пор, пока рост был естественным и беспроблемным, не упирался в некие пределы, он происходил легко. Однако появление предела, за которым рост невозможен без качественного изменения основ жизни, становится вызовом, перед которым многие ломаются. Вдобавок всегда есть те, кто готов «помочь» тебе сломаться.

Кто в современной системе может принимать решение о строительстве, к примеру, нового города на полмиллиона человек? Кто возьмёт на себя политическую ответственность распоряжаться общими деньгами не в рамках «фиксированных параметров бюджета», а в логике «плана развития страны» (под который уже и подверстывается текущее бюджетное планирование)? Кто может взять на себя смелость реализовать новый план ГОЭЛРО (без которого дальнейший промышленный рост так и останется утопией)? В нынешней политсистеме таких субъектов нет. Таковым не является ни одна из партий, таковым не является парламент, таковым не является администрация президента.

Таковым сегодня является (и то в очень ограниченном масштабе) только лично Путин – но он не есть коллективный субъект. Он – лидер некого «подразумеваемого» субъекта, который на жаргоне политологов называется «путинское большинство».

Путин – естественный лидер «партии роста». Это с ним связаны условия, сделавшие возможным нынешний рост; это он ставил правительству задачи роста, определяя его количественные и качественные параметры. Однако он же – и номинальный (по должности) начальник “потолка”, т.е. всей той старой хозяйственной и социальной инфраструктуры, которая вчера была удобной основой развития, а сегодня превратилась в его сдерживающий фактор. И эта дилемма – главный фактор двойственности его положения. Наверное, даже более важный, чем фактор «уходящего-остающегося» Путина.

Собственно, в конструкции «тандема» мне как раз и виделось достаточно элегантное решение проблемы. Один контролирует и менеджерит существующий набор «активов», другой — мотор развития, чья роль — создавать то, что будет работать завтра.

Почему не вышло? Можно дать много ответов оценочного характера, длиной в одно-два предложения, но толку от них будет чуть. Поэтому я попытаюсь не отвечать односложно, а чуть более подробно разобрать проделанный за четыре года путь, успехи (а они были) и ошибки. В ближайшие дни — несколько фрагментов этого анализа.

Но перед этим всё-таки — исходная гипотеза, скорее из серии оценочных суждений. Думаю, одна из важнейших, если не основных причин неудачи — присутствовавший всё это время раскол внутри собственно президентской команды. Раскол скорее идейно-методологический, хотя и аппаратно-кадровый аспект играл немаловажную роль. Будучи на одной из сторон (назовём их пока что небрежно — «ельцинистами» и «путинистами», потом это уточнится) я, естественно, склонен был винить во всём другую; но сейчас, смотря, как выражаются некоторые философские сектанты, «из метапозиции», я понимаю, что проблема — в самом расколе как таковом, а не в действиях «игроков».

Проблема важна в том отношении, что Путин, если он вернётся, её вынужден будет решать — хотя бы потому, что он сам является её первопричиной. И вопрос в том, как он это будет делать.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма