Главная / Основной блог / Социальное / Медиа / АиФ / Город или власть — АиФ

Город или власть — АиФ

http://www.aif.ru/society/article/53542

Еще много лет назад я подметил забавный русский парадокс: у нас нет дороги из политики во власть, зато есть дорога из власти в политику. Любой Жириновский, из раза в раз попадая в Госдуму, так в этой Думе и останется; зато любой Кудрин, уйдя с должности в правительстве, тут же немедленно становится известным политическим деятелем. Апофеоз этого принципа — недавняя замена лидера в «Единой России». При том, что оба лидера именно так и начали свою политическую карьеру — один с поста премьера, а другой прямо сразу с поста президента.

Ну, то есть, хочешь во власть — не надо идти ни в какую «политику». Надо идти в аппарат и делать карьеру там, по возможности сидя при этом тихо и не отсвечивая. А публичность на тебя свалится позже — просто как дополнительный атрибут власти.

Чем больше я думаю об этой загадочной закономерности, тем больше понимаю, что превращение публичной политики в своеобразное гетто, балаган на потеху публике, отделенный от реальной власти большим суровым забором — результат вовсе не случайности или там злонамеренного умысла. Ключ — в самой логике устройства русской системы власти.

«Политика», как известно, происходит от «полиса» — довольно небольшого очерченного городскими стенами пространства, внутри которого идет борьба за установление правил общежития. Эти правила в русском языке вовсе не случайно именуются «закон»: «кон» — это черта, граница, по ту сторону которой вообще никаких правил нет и быть не может, а «за-кон» — совокупность того, что внутри границ. Люди живут вместе в ограниченном общем пространстве, деваться им друг от друга некуда, и они договариваются друг с другом о правилах этого общежития: процесс выработки правил называется «политикой», а сами эти правила — «законом».

«Власть», как и его латинский аналог «империя» — слово-перевертыш. Изначально оно обозначало подчиненную территорию: в полногласном варианте («волость») оно сохраняло в это значение до начала прошлого века. Однако в какой-то момент произошел перенос акцента с объекта на субъект господства: не то, чем управляют, а то, что управляет. Смысловой скрипт выглядит так: есть некое пространство, на котором действуют не «правила», а «силы» (русское «власть» на английский чаще всего переводится как power), а точнее, всего одна — господствующая — сила. Ни о какой борьбе, тем более открытой, в этой ситуации и речи быть не может: такая сила может быть только единой, однонаправленной и безальтернативной.

У кого повернется язык назвать Чингисхана «политиком»? Но ведь, скажем, его «Яса» — вполне себе право. Только обошедшееся в принятии без дебатов парламентских фракций. Зато прямого действия: см. список преступлений, караемых смертью.

Русская власть по своей архитектуре устроена именно как такая «сила», монопольно господствующая на данной территории — каковая территория огромна, необустроена и никаких постоянных «правил», кроме главенства ad hoc властной воли, не имеющая. Ее административно-территориальное деление до сих пор наследует аграрной империи — чего стоит понятие «муниципального района», который в некоторых местах нашей страны может быть размером со среднеевропейское государство. Но сама страна структурирована уже иначе — 3/4 населения живет не «на земле», а в городах. Но если «земля» производит такую вот «власть», то «город», наоборот, производит «политику».

«Бунт рассерженных горожан» — это, на самом деле, восстание «политики» против «власти». Сам город и городская жизнь с неизбежностью производит этот тип людей, которым понятно, что такое «закон» как компромиссная система правил, и непонятно, что такое «власть» как монопольно господствующая сила. Самой же «власти», в свою очередь, в принципе непонятно, кто эти люди, что им не нравится и чего они хотят. И власть находит единственно возможное в ее системе координат объяснение: они — агенты иностранного влияния («чужой власти»). С этого момента начинает работать идентификатор «враг», и включается силовая машина подавления. Под каток которой с неизбежностью первой попадает сама «политика» как таковая, со всеми своими пирогами — СМИ, НКО, уличные мероприятия и т.д.

В долгосрочном плане победа «политики» над «властью» неизбежна. Просто потому, что люди живут и хотят жить именно в городах. Городское население будет увеличиваться и дальше, городские проблемы и сюжеты начнут становиться все более значимыми в общестрановом контексте, городское мышление будет постепенно вытеснять архаичное территориальное. Прямо сейчас, тем не менее, у «городского бунта» никаких шансов на успех нет. И не будет до тех пор, пока экономика будет оставаться сырьевой — т.е. производной именно от контроля территории, а не от качества развития городов. Иными словами, чтобы победить «власть», надо победить «нефть».

Алексей Чадаев

Советник Председателя Государственной Думы РФ, директор Института развития парламентаризма. Старший преподаватель кафедры территориального развития, факультет госуправления РАНХиГС. Кандидат культурологии.