Маяковка

Первые годы жизни я провел в коммуналке возле Белорусского вокзала, где мы жили вчетвером в одной комнате. Только в 1985-м, в мои 7 лет, мы переехали на Маяковку — «на километр ближе к Кремлю», как шутили друзья отца. На Белорусской тогда стоял памятник Горькому, который я почему-то не любил, а вот на Маяковке стоял и стоит весь из себя крутой Владимир Владимирович.

Ну и станция метро Маяковская — куда более вдохновляет, чем крохотная Белорусская с ее бородатыми бронзовыми партизанами. Мозаики Дейнеки, белый и розовый мрамор — красота.

…Но по этой самой логике еще на одну станцию метро ближе к Кремлю стоит другой поэт — Александр Сергеевич. И стоит он так, что сразу понятно: самый главный поэт тут все-таки он.

Сейчас я думаю, что зря-таки убрали Горького с Белорусской. И есть в этом смысл, что рядом же на Тверском бульваре стоит Есенин, тут же на Спиридоновке — Блок, на Страстном — Высоцкий, на Новинском — Бродский, а на той же Маяковке в ста метрах от площади начинается «булгаковская Москва» с музеем и Патриаршими. А еще два Гоголя в ста метрах друг от друга — на Никитском и на Пречистенском, Грибоедов на Чистопрудном… За полдня неторопливого пешего маршрута — добрая треть школьной хрестоматии.

Мы — литературоцентричная страна. Мы можем на время об этом забывать, но даже катастрофы первой половины ХХ века не сделали нас другими. Для человека, который едет к Кремлю по Ленинградке, только с Юрия Долгорукого начинается официоз конных статуй начальников. А до того — писатели букв. И это хорошо. Я бы продолжил ряд, туда дальше к Соколу и Речному — на Динамо возле Петровского Парка и дворца поставил бы Державина, на Благовещенском, посередке между Маяковкой и Пушкинской — Николая Гумилева, на пересечении Ленинградки с Беговой, где начинается бульвар — например, Валерия Брюсова с «конем блед» в поводу.

…а потом ходить среди этих истуканов и тихонько смеяться про себя, читая в лентах про азиопу, ватников и верхнюю вольту с ракетами…

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма