Главная / Основной блог / Личность против машины

Личность против машины

Человек против Системы, Народ против Власти, Простые Люди против Сильных Мира Сего, «Круг» против «Пирамиды» — вариации одного и того же сюжета.

Роли более-менее всегда похожи, сильные и слабые стороны каждой из ролевых позиций известны досконально. На стороне «человека» всегда больший драйв, ощущение уверенности в собственной правоте и сопутствующей моральной силы, но всегда хреново с ресурсами, организацией, управляемостью и прочим орднунгом, в котором всегда была сильнее Пирамида.

Её мощь, тем не менее, всегда имеет две ключевые точки уязвимости: во-первых, это её Самый Верх (насколько Фараон способен брать на себя ответственность за всё и отдавать приказы), а во-вторых, её самый низ — те исполнители, которые в итоге физически сталкиваются с Народом на баррикадах, принимая на себя основной удар за всю Систему в целом.

За последнюю четверть века я многажды бывал с каждой из сторон, в этом смысле и ролевая позиция «народ», и ролевая позиция «система» мне неплохо знакомы. Это как играть за чёрных либо белых в шахматы (или в го). Всегда «системе» недостаёт вдохновения и идеологии, а «народу» — ресурсов и организованности; соответственно, успех во всяком таком противостоянии определяется не столько умением задействовать сильные стороны своей позиции, сколько способностью сбалансировать свои слабости.

Какие-то ключи здесь наверняка даёт этология. Подозреваю, в обезьяньем стаде примерно так и устроены попытки свержения доминирующего альфа-самца неорганизованным мобом молодых претендентов — эти ломят кучей, орут и визжат, а тот, напротив, низко рычит, демонстрируя спокойствие и уверенность, а также и агрессию, но в определенных дозах. Даже у Киплинга Шер-Хан подкармливает именно молодых волков, ожидая момента, когда Акела промахнётся и можно будет лишить его места вожака.

Ключ к успеху ленинской партии в 1917-м — в её способности одновременно возглавлять самую отмороженную часть тогдашнего моба и при этом придавать ему структуру и организованность. Также и в наши дни среди оппозиционеров всех мастей наибольший потенциал имеют люди в первую очередь с организационными способностями, пусть они и находятся первое время в тени горланов-главарей. Тот же Навальный в домедийные времена лет пять ходил в пажах при Маше Гайдар; а он всё-таки организатор небездарный, хотя и далеко не выдающийся (но, конечно, на фоне Немцова и компании просто-таки Ли Якокка).

Сложнее с их антиподами — «идеологами» внутри Системы. Собственно, насколько «менеджер» есть чужеродный элемент в любой плюралистической банде борцов, настолько же «идеолог» — чужой среди своих в любом аппарате. Аппарат всегда живёт на сплаве логики машинных команд (законов, инструкций) и персональных интересов своих отдельных «винтиков» — карьерных, корыстных и т.д. Идеология для Системы — всегда обёртка, упаковка, то, что нужно наклеить сверху «для красоты», но лучше ни в коем случае не допускать внутрь. Можно вспоминать тотальный отстрел «идеологов» Сталиным, но, как я сейчас понимаю, даже Суслов внутри брежневской системы был своего рода парией — его, грубо говоря, терпели.

Секрет успеха всех без исключения «цветных революций» до обидного прост: существующему в любом социуме и в любой стране протестному мобу спускается снаружи простенький, типовой организационный шаблон. Начиная от набора простых инструкций «по Шарпу», которого в большинстве случаев оказывается достаточно, чтобы всякий отсталый режим — висящий, как правило, на соплях — посыпался в тартарары. И вовсе не из-за своего организационного бессилия — а в первую и главную очередь из-за идеологической пустоты. Которая, собственно, и прикрывалась до поры организационным гандикапом.

Обобщенная формула «цветной контрреволюции» — некий концептуальный «антишарп». То есть технология, позволяющая Системе в критический момент ликвидировать уже не дефицит организованности, а, наоборот, дефицит содержания. Подозреваю, каких-то особых открытий и озарений духа здесь даже и не нужно — в конце концов, и шарповские рецепты далеко не cutting edge организационной науки.

При том, что идеология для всякой Системы была, есть и останется «оружием врага», так же как и менеджмент для всякой Революции. Но именно поэтому в критические для систем моменты (и только!) ей приходится к нему обращаться.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма