О вымирании

Готовя передачу по демографии, пообщался с некоторым количеством спецов.

В общем, как я понял, расклад такой. Все самые ударные меры по повышению рождаемости — от «материнского капитала» до «жилья молодым семьям» и т.п. могут дать в лучшем случае +100 тысяч дополнительных рождений в год. Естественным ограничителем здесь выступает физическое количество женщин детородного возраста. А оно спустя пять-семь лет начнёт заметно сокращаться. Строго говоря, активные меры по стимулированию рождаемости запоздали года на четыре-пять: именно в 2000-2003 был пик продуктивного возраста у наиболее массовой группы — рождения конца 70-х — начала 80-х годов. Сейчас основная группа, на которую делается ставка — это дети второй половины 80-х; их тоже немало (резкий спад пошёл только начиная с 1990-го), хотя уже меньше, чем «76-82». Но период второго-третьего ребёнка для них — это 2010-2015; далее всё равно кривая вниз.

Ещё один ограничитель рождаемости — это гендерный дисбаланс. Мужчин не хватает во всех возрастных группах, начиная уже с 16-20 летних; а чем дальше, тем сильнее разрыв. В принципе то, что мужчин меньше и жизнь у них короче — это норма почти для всех стран (хотя есть исключения); но только у нас разрыв настолько велик. Строго говоря, с цинично-демографической точки зрения в нынешней ситуации было бы неплохо, если бы отечественные мужики не снимали проституток, но и не вели ни в коем случае образ жизни примерных семьянинов, а честно ходили налево — с букетиком, но без кондомов ;) А поскольку соц.политика всё равно ориентирована на выдачу денег за детей непосредственно женщине (неважно, в семье или нет), то роль собственно алиментов в перспективе будет снижаться — в той мере, в которой гос-во будет увеличивать выплаты матерям. Да, всё это означает плодить матерей-одиночек — но а какая альтернатива? Многожёнство вводить?

Что касается смертности. Жуткая, конечно, мужская смертность в продуктивном возрасте — собственно, это основная причина дисбаланса. То, что у нас на дорогах за полгода гибнут по две чеченских войны — это и так известно; но ведь и те, кто инвалидами становятся, тоже уже не родители. Причина — массовая, сверхбыстрая и дикая автомобилизация, «упавшая» на страну с сильным дефицитом культуры владения индивидуальным транспортом. И небезопасные дороги, и массовое (несмотря на все жёсткости) пьянство за рулём, и просто низкий уровень как водительского мастерства, так и пешеходских понятий о безопасности. Создаётся ощущение, что если завтра в пять раз вырастут цены на бензин, то одно это даст минус тридцать-сорок тысяч смертей в год (если, конечно, не вызовет революции :)).

Но мужская смертность — это не только дороги. Это ещё алкоголь (как палёный, так и обычный в лошадиных дозах), табак, наркотики, криминал, производственный травматизм. Одна только авария на «Юбилейной» — это не минус сто, а минус двести-триста жизней: погибли мужики, которые могли бы ещё не по одному разу стать отцами, да ещё и кормильцами к тому же. Но летние токсические гепатиты от палёного алкоголя в центральной России — это тысячи смертей и десятки тысяч инвалидностей.

Про «город и село». Сельские мужики живут значительно меньше городских — больше пьют, больше курят, больше гробятся на работе и т.д. В то время как сельские женщины — здоровее и «детородно-способнее» городских: они меньше курят (городские женщины курят год от года всё больше), несколько меньше пьют (среди городских просто есть чёткий водораздел на пьющих/непьющих), и лучше питаются; но нормальными матерями быть всё равно особо не могут, поскольку основные силы уходят на выживание, зачастую вовсе без мужика, с пьяницей или вдовье. Село — это по-прежнему 27% населения, между прочим.

продолжение след.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма