Главная / Линки / ВФР и особый русский путь

ВФР и особый русский путь

Нечасто реагирую на подобные темы, мне они кажутся слишком «интеллигентскими», совсем стал практиком )) но вот недавно опять перечитывал био Чаадаева, так что легло на прочитанное.

Тезис. Вся тема «русского особого пути» — целиком порождение Великой Французской Революции и последовавших за ней событий.

Русское дворянство начала XIX века — практически сплошь воспитанники французских гувернеров, которые, в свою очередь — эмигранты, сбежавшие от революции. Идея лидерства России в борьбе с революционной заразой — ключевая еще у Павла I, а для русской армии именно революционная французская — главный противник со времён последних походов Суворова. В каком-то смысле именно тогда, на рубеже XVIII и XIX веков, встал вопрос «кто кого?», разрешившийся только итогами Отечественной войны.

Итак, две ключевых силы на континенте: «передовая», «прогрессивная» и олицетворяющая все главные идеи ушедшего века наполеоновская Франция — и «отсталая», «варварская», «лапотная» (в первую очередь в глазах своей же элиты) глубоко периферийная по отношению к тогдашней Европе Россия.

Для русских офицеров-дворян, шедших конным маршем по Парижу в 1814-м, во весь рост встал экзистенциальный вопрос: как вообще возможна была эта победа? Как получилось, что «прошлое», «темное и отсталое», победило «будущее», блестящее и, казалось, неумолимое? Что именно случилось с Историей, почему она выкинула такое вот коленце? Надо ли удивляться, что именно герои 12-го и 14-го вышли на Сенатскую в 25-м, имея в багаже все эти диковатые, но явно навеянные Францией идеи «русской правды» и конституции-жены-константина? На Россию после той войны обрушилось бремя мирового лидерства, и все эти блестящие дворяне видели разительную неготовность к нему своей страны. Чаадаев, плоть от плоти этой среды, лишь случайно не оказавшийся в числе декабристов, тем не менее именно это и высказал в «философических письмах»: мы слишком отсталые, чтобы вести за собой других. Спустя два десятилетия Крымская война показала, насколько он был прав.

Собственно, именно та странная, нелогичная победа над Наполеоном в конечном счете и привела нас в 1917-й — когда возникла безумная, непонятно на чем основанная амбиция, что это мы теперь можем быть Францией и вести за собой остальное человечество к либерте, фратерните и эгалите. Что нам по силам, взяв на вооружение самое «передовое» из западных учений (а что это, если не марксизм?), «обогнать» остальное человечество и самим указывать ему дорогу в будущее.

Сейчас все вернулось на круги своя, как было при Екатерине-матушке. Мы — отсталая «империя» на периферии прогресса, которой только и остаётся, что по-петровски «внедрять» в головы сиволапых мужиков европейские (а теперь еще и американские, а то и китайские даже) идеи и технологии, догонять и снова отставать, и снова догонять, и вновь и вновь отправлять «туда» очередные «великие посольства» за новыми порциями премудрости, после чего пытаться их как-нибудь употребить на благое дело посреди родных осин. И снова государство у нас деспот и мучитель, но в то же самое время и «единственный европеец», потому что общество — еще более дремучее и консервативное, чем даже чиновники, которые хотя бы «на воды» пару раз съездили и фуа-гра едали.

Нет предмета для «особого пути».

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма. Старший преподаватель кафедры территориального развития, факультет госуправления РАНХиГС. Кандидат культурологии.