Главная / Основной блог / Ссылки / Фейсбук / В связи со смертью Эдуарда Успенского вспомнил, как мы на пару с Константин Анатольевич Крылов лет двенадцать назад придумывали сиквел «Чебурашки» про 90-е.

В связи со смертью Эдуарда Успенского вспомнил, как мы на пару с Константин Анатольевич Крылов лет двенадцать назад придумывали сиквел «Чебурашки» про 90-е.

Детали помню плохо, только самые яркие. Чебурах — очевидный мулат из «детей фестиваля» — вырос и «челночит» по-мелочи, пользуясь какими-то подвязками на родине предков. Гена (ветеран войны — «работал в зоопарке крокодилом», в смысле забавным дедом с трубкой, смотреть на которого водят детей) и Шапокляк (из «бывших», в смысле дореволюционных остзейских дворян — немецкая фамилия) давно померли. Лариска (приемная дочь Шапокляк, погоняло «крыска» — за внешность и манеру тырить у своих) свалила за бугор. Галя сначала сделала комсомольскую карьеру, но потом ее выперли из обкома и теперь она сожительствует с Чебурахом, постепенно приучая его к зеленому змию. В какой-то момент на них наезжают этнобандиты во главе с также выросшим щенком Тобиком, который на самом деле был, конечно же, Тофиком.

И вот, в кульминации сюжета, в глубоком похмелье, баюкая на коленях неведомо как попавшую к нему базуку, Чебурах спрашивает у Гали: скажи, а как бы _старая_ поступила на нашем месте? И та в ответ ему кивает понимающе, и шёпотом, одними губами, говорит: «мочи….»

Сейчас, наверное, это тоже уже винтаж и архаика. И должен быть какой-то совсем третий сюжет.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма