Главная / Госуправление / Как оценивать губернаторов. Политика и экономика

Как оценивать губернаторов. Политика и экономика

Один мой давний приятель, ныне губернаторствующий в некотором субъекте нашей обширной федерации, пару недель назад, прочитав мой текст про ключевые позиции в региональных управленческих командах, спросил меня: а все-таки, как ты понимаешь, что такое успешный губернатор в условиях современной России? Я ему сказал — «подожди, сейчас тебе это АП объяснит — когда опубликуют новые KPI для глав регионов». 

Ну вот опубликовали. Их оказалось всего 15 (хотя изначально предполагалось чуть ли не 700, но тут спасибо Собянину на Госсовете, объяснил, что это бред).

Вот полный список:

  • 1. Уровень доверия к власти.
  • 2. Число высокопроизводительных рабочих мест во внебюджетном секторе экономики.
  • 3. Численность занятых в сегменте малого и среднего предпринимательства, включая индивидуальных предпринимателей.
  • 4. Производительность труда в базовых несырьевых отраслях.
  • 5. Реальная среднемесячная заработная плата работников.
  • 6. Объем инвестиций в основной капитал, за исключением инвестиций инфраструктурных монополий (федеральные проекты) и средств федерального бюджета.
  • 7. Уровень бедности.
  • 8. Общая продолжительность жизни.
  • 9. Естественный прирост населения.
  • 10. Количество семей, улучшивших жилищные условия.
  • 11. Уровень доступности жилья для жителей субъекта.
  • 12. Доля городов (населенных пунктов) с благоприятной городской средой.
  • 13. Качество окружающей среды.
  • 14. Уровень образованности.
  • 15. Доля автомобильных дорог регионального значения и агломераций.

Надеюсь, что те, кто готовил решение, понимают, что мерить надо все же динамику, а не сами показатели, поскольку они от региона к региону уж очень разные, и изменить их существенно силами губернской власти не то что за год, а даже и за десять задача нереальная. 

Но, тем не менее, разберёмся с этими показателями. 

Политический в собственном смысле тут ровно один: уровень доверия к власти. Кто будет измерять? Известно кто — социологи: ФОМ, ВЦИОМ. Как я уже многажды показывал, когда мониторинговый инструмент превращается в управленческий, риски его корректного функционирования растут кратно. И без того федеральные социологические фирмы уже как могут шифруют своих субподрядчиков на земле, чтобы к ним не приходили разные люди со всякими там предложениями (не обязательно от губернатора — запросто и от его врагов). Но ведь, как бы это сказать, слаб человек. 

Далее есть блок экономический. В него входят:

1) рабочие места (не абы какие, а «высокопроизводительные»)
2) число занятых в малом бизнесе (те же рабочие места, но в палатках, кафешках и на автомойках)
3) производительность пруда (вот уж поистине заколебали этим прудом еще со времён грефовского ЦСР)
4) уровень среднемесячной зарплаты
5) инвестиции (кроме федеральных и госмонополий). 

Теперь ключевое: все эти показатели друг другу противоречат. 

Начну с моего любимого: с третьего. Пруд и его производительность. Тот факт, что у нас повсеместно пятеро делают ту работу, с которой вполне справился бы один, для каждого губера каждодневная тоскливая реальность — везде, начиная с его собственной администрации. Бизнес-подход: разграничил полномочия, посчитал нагрузку, оставил тех, кто действительно нужен, поднял им зарплаты втрое, остальных уволил — получил одновременно рост эффективности, рост зарплат, экономию средств, лучшую управляемость и повышение производительности. Одна проблема: политически (да и административно) это невозможно — девать всех этих людей некуда. 

В общем, то же самое везде по экономике. Заводы производят не столько продукцию, сколько рабочие места, и именно в этом — основная причина того, что наш пруд представляет из себя столь малопродуктивное болото. 

Малый бизнес — второй пункт — тоже никак не может быть пунктом «приемки» увольняемых. Ключевое, что надо понимать про региональный малый бизнес — 95-97% его заперто в границах своих же локальных рынков. Автомоек не может быть больше, чем есть на территории автовладельцев, регулярно моющих машины в количестве, достаточном для преодоления порога рентабельности. То же про кафешки, магазины, разные мелкосерийные производства, фермерские хозяйства и т.д. Никаких инструментов для расширения даже в соседнее село, не говоря уже за границы региона, у малого бизнеса сегодня попросту нет. То есть, резюмируя, малого бизнеса в любом регионе есть ровно столько, сколько на локальном потребительском рынке есть платежеспособного спроса. И никаким способом повлиять на этот показатель регион в общем-то не может. Знаю это очень предметно — как отдавший несколько лет жизни программам развития МП в регионах. 

Далее первый пункт — число высокопроизводительных рабочих мест. Любой понимающий человек скажет, что он является не более чем проекцией пункта 5 — «инвестиции в основной капитал». Поскольку стоимость создания одного по-настоящему «высокопроизводительного», на современном уровне, рабочего места сегодня начинается примерно от 7-8 миллионов рублей, с тенденцией к росту. Иными словами, сколько инвестиций привлёк — столько рабочих мест соответствующего качества и получил. 

Но в жизни обычно происходит следующее. Вот губерния, в рамках борьбы за привлечение инвестиций, притаскивает к себе крупную компанию для строительства молокозавода. Те радостно приходят, берут все льготы, инфраструктуру (за губернские деньги, часто кредитные, сделанную) и ставят своё производство. Режут ленточку. В течение полугода-года после этого в регионе закрывается с десяток вполне успешных до этого мини-производств и модульных заводов, которые с этим крупняком конкурировать заведомо не могут. 

Результат для региона: создано несколько десятков «высокопроизводительных рабочих мест» и потеряно несколько сотен в малом бизнесе, который до этого исправно платил налоги (в отличие от «льготника»). А для льготника это просто снижение издержек — не готовую продукцию трейлерами из соседнего региона возить, а порошок, который уже на месте бодяжить местной водой, разливать и отгружать сетям. И нигде, кроме опять-таки локального же рынка, его продукция продаваться не будет. Для региональной экономики эффект ноль, для бюджета — потери, для социальной сферы — минус в виде множества новых безработных. 

Ну и наконец пункт 4 — уровень среднемесячной зарплаты. Понятно, что он прямо противоречит пункту 5 (инвестиции) — поскольку именно уровень оплаты труда является одним из ключевых факторов при принятии инвестиционного решения: чем он ниже, тем больше вероятность, что решение будет положительным. А значит, противоречит и пункту 1, и пункту 2, и пункту 3. 

Вывод: все, что остаётся бедолаге губернатору, чтобы не быть лузером в глазах федерального центра по части экономических показателей — это изо всех сил с соответствующей статистикой му-хле-вать. 

В продолжении напишу еще про следующий, инфраструктурный блок.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма