Про редакцию Ъ

У меня непростые отношения с политредакцией Коммерсанта. Некоторых не люблю персонально. Кроме того, в общем случае я в таких конфликтах всегда выбираю сторону собственника, а не возомнившего-о-себе профсоюза УЖК. 

Но. 

Сегодняшняя ситуация с Коммерсантом — одна из самых, если не самая значимая в истории российских СМИ со времен событий вокруг ОРТ и НТВ восемнадцать лет назад. И вопрос много серьёзнее, чем просто конфликт владельца и коллектива, он затрагивает куда больше сторон. 

Из того, что мне известно, Иванова и Сафронова уволили из-за отказа сдать источники — те самые анонимные-близкие-к-источникам, на которых они ссылались в статье про Матвиенко. Позиция журналистов состояла в том, что если это произойдёт, им всё равно не будет больше смысла работать на прежних местах: ни один из инсайдеров никогда не будет говорить с ними доверительно, зная, что их клятвам хранить тайну грош цена. Именно с этим связана туманная фраза про «нарушение стандартов» в официальном заявлении главреда. 

Под этим углом зрения многое становится понятным. В частности, разночтения во мнениях — была ли в той статье проделана обычная добросовестная работа по перепроверке и подтверждению инсайда. Я склонен думать, что была. Не потому, что они такие честные, а потому, что будь это заказом, мы бы увидели разгон темы и следующие шаги, осознанную игру; ничего такого не было. Был одинокий треск нетипичной «протечки», и последующий фоновый шум в эфире. 

Если моя реконструкция верна (а буду рад ошибиться), то расправа над журналистами Коммерсанта — это сигнал не только медийщикам, но и политикам, сотрудникам разного рода аппаратов и служб: даже если журналист твёрдо обещает вам хранить вашу анонимность, в любой серьёзной ситуации он может оказаться перед выбором — или нарушить обещание, или быть уволенным. И далеко не все поведут себя в этой ситуации как журналисты Ъ. 

Иными словами — это конец эпохи анонимных источников. Возможно, это по-своему и неплохо — этого добра уж слишком много, вёдрами хлебать можно. Но в нынешней ситуации это чуть ли не единственная возможность для тех, кто не «вхож», хоть как-то понимать, что происходит, поскольку официальные публичные каналы решают ровно противоположную задачу.

И, как бы там ни было, если обещано хранить тайну источника — те, кто её хранит, молодцы, а кто не хранит — не молодцы. Те, кто требует от журналистов её нарушить, требуют невозможного. Это скрепы. 

Поэтому я в нынешней ситуации — на стороне журналистов Ъ. Они поступают правильно.

У меня непростые отношения с политредакцией Коммерсанта. Некоторых не люблю персонально. Кроме того, в общем случае я в…

Опубликовано Алексей Чадаев Понедельник, 20 мая 2019 г.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма