Главная / Основной блог / Ссылки / Фейсбук / ЕР в ручном управлении

ЕР в ручном управлении

Выступлю в несколько несвойственной мне роли комментатора аппаратных раскладов. Поскольку в телеге и около много разговоров на тему того, кто что выиграл и кто что потерял после съезда ЕР, тоже дам трактовку. 

Итак. «Единая Россия», если отбросить рюшки-завитушки, с функциональной точки зрения это в первую очередь политтехнологическая машина, основная задача которой (чтоб не сказать «миссия») состоит в том, чтобы на всех выборах любого уровня от сельсовета до Госдумы всегда побеждал кто надо, а не абы кто. А если даже вдруг по случайности где-то и победил абы кто, то чтобы на него была накинута управленческая рамка, позволяющая превратить его из абы кого в кого надо, или по крайней мере на своей должности заставить делать то, что надо кому следует. 

Нужность этого инструмента обусловлена тем, что те, кто следует (следует, понятное дело, за тем, кто ведёт) могли нарезать задачи и спрашивать за результат. Этим обеспечивается интегральное единство, целостность и непротиворечивость госполитики — в этом смысле структура вполне соответствует своему названию: единая — с точки зрения системы управления — Россия. 

При этом поскольку она формально упакована как «политическая партия», ведущая «предвыборную борьбу» с «другими политическими силами», у неё кроме этого основного контура есть еще куча всяких разных активностей и атрибутов, по поводу которых есть аппаратный консенсус, что они как минимум не вредят — а в идеале даже и помогают — удерживать необходимый уровень поддержки гражданами. Но эти активности и атрибуты суть нечто заведомо второстепенное, так сказать, элементы декора, в отличие от силовых элементов несущей конструкции. Вот были когда-то «партийные платформы», «советы сторонников» и прочая «молодая гвардия»; нет их — и Аллах бы с ними, никто и не вспомнит. А собственно электоральная машина — вот это и есть важное. 

Что произошло за последний год? В связи с проседанием партийных рейтингов все большую популярность в аппарате набирала гипотеза, что эта лошадь уже не тянет и надо бы ее успеть на что-нибудь заменить еще до «переправы». Например, вообще уйти от партийного атрибута в позиционировании кандидатов, заменив его чем-нибудь политически нейтральным — например, когда кандидаты от власти идут самодвигами и позиционируют себя как «я представляю всех жителей» (региона или территории избрания). 

После локального успеха этой стратегии в сверхпроблемном Приморье с Кожемяко ее решили повторить в нескольких кампаниях, не только губернаторских, но и парламентских, регионального и муниципального уровня. Вышел громкий конфуз в Москве, но, более того, вскрылись целый ряд неочевидных поначалу изъянов этого подхода, о которых так убедительно говорил вчера Медведев. Самый главный: избирателями этот трюк воспринимается как «власть проявила слабость», а это вообще харам харамыч. 

Более того: трезвый анализ наличных организационных, кадровых и пропагандистских ресурсов, находящихся под рукой, привёл к пониманию (с которым я полностью согласен), что слепить под кампанию 2021 года какой-то новый политтехнологический стартап и превратить его в сменщика актуальной «партии власти» попросту не успеть. Общество стало куда более инерционным; циклы удлинились — даже для победы одномандатника «с нуля» в территорию надо высаживаться минимум за год (а не за три месяца, как раньше) и то есть шанс не успеть — как не успела, скажем, в Великом Новгороде коммунистка Останина. Зато непопулярный и с огромным антирейтингом экс-мэр единоросс Бобрышев вполне комфортно у неё выиграл — какой ни есть, а свойский (не пришлый) и на начальника похож (о да). Хотя и шёл с единороссовским мишкой во всей агитации. 

Да и социология (в том числе и наше недавнее исследование) показала, что ЕР хоронить рано: рейтинги пусть и просели, но ядро поддержки в общем-то осталось, и главное, базовый запрос на сильную «партию власти» никуда не делся — вопросы лишь на соответствие. Отсюда логичный вывод: основную ставку в грядущей думской кампании делать нужно все-таки на ЕР — но тогда ее нужно срочно приводить в соответствие «новым вызовам» — попросту говоря, в чувство. Вопрос был лишь в том, кто и как будет это делать. Отсюда столь бурные обсуждения «кадрового аспекта», в том числе и у анонимных телеграммеров. 

Будучи на съезде, я зафотографировал новую структуру ЦИКа партии, которая там висела на экране. И сопоставил с тем, что знаю о ней изнутри — начиная с тех времён, когда сам там работал, и в последующие годы, когда работал на выборных кампаниях партийных кандидатов. 

Напоминаю соотношение Генсовета и ЦИКа. Генсовет — это политический орган; ЦИК — орган технологический, отвечающий за реализацию задач. Но все ресурсы — от финансовых до людских, в смысле занятых на фуллтайм сотрудников, сосредоточены именно в ЦИКе. 

Итак. Пунктиром обведена та часть ЦИКа, которая вошла во вновь создаваемый «проектный офис» — по сути, предвыборный штаб ЕР на Госдуму-2021. В него вошли четыре существующих управления: политическое, информационное, проектное и технологическое. Три первых замкнуты на нового замглаву ЦИК Любарского, четвёртое осталось, как и было, под Парфеновым. 

В ЦИКе ЕР исторически было две полуавтономных структуры, аппаратная роль которых была несколько выше, чем у остальных, равно как и внимание т.н. «партнеров» (начальства из АП). В мое время они назывались «департаментами» — соответственно политический и региональный. В политический департамент, когда я им руководил, входило пять управлений — политуправление, управление политпланирования, информационное, пресс-служба, и интернет-управление (по сути, редакция сайта ER.ru). Региональный — его в те годы возглавлял В.Гальченко, но основную нагрузку нёс его зам М.Кузнецов — дробился на управления, организованные по территориальному принципу. 

Для тех, кто не хочет вдаваться в детали внутренней кухни, опишу функцию этих двух структур максимально упрощенно так: политдепартамент отвечал за федеральный пиар партии, региональный — за технологическое сопровождение выборов «на земле». Вокруг первого кормились политологи, пиарщики и журналисты, работающие по текущей «федеральной повестке», второе было домом родным для политтехнологов, ищущих подрядов и согласований в «дирекции единого заказчика». 

Что мы видим сейчас? Во вновь созданный «проектный офис» вошли почти все (кроме вынесенной совсем отдельно пресс-службы) структуры, отвечающие за федеральный пиар, а также целиком внутренний «технологический штаб». Кроме того, в него вошло и проектное управление (его когда-то курировал А.Ильницкий, а в последнее время это был М.Руднев). Основных направлений все так же два: федеральный пиар и технологическое сопровождение кампаний. Первое — вместе с партпроектами — как раз и отошло Любарскому, второе осталось под Парфеновым. 

Кроме того, уже не в ЦИКе, а в Генсовете появилась новая фигура — Перминов, многолетний вице-губернатор Ленобласти, и именно он будет курировать Любарского в части партпроектов уже по линии Генсовета. 

И Перминов, и Любарский — это люди, напрямую завязанные на АП. И руководить ими будут, конечно, в первую очередь «партнеры» со Старой Площади, и лишь во вторую — собственно партийное начальство. 

При этом роль партпроектов и их присутствие в этой новой структуре обусловлены тем, что кампания предполагает «сшивку» партийных проектов ЕР с «национальными проектами» — то, чем в основном занимается лидер партии Медведев уже как премьер. К ним будет, по понятным причинам, также особое внимание, гораздо больше, чем раньше, когда они были в общем-то «досуговым» занятием партии в свободное от выборов время. 

Вывод — специально для конспирологов и межбашенных аналитиков. АП взяла в прямое и ручное управление «Единую Россию», поставив на ключевые позиции напрямую своих людей. Основная политическая ставка в будущей кампании — на ЕР, основное политическое предложение — нацпроекты. До кучи, новый «партийный призыв» губернаторов в региональные партийные секретари расширяет возможности нарезать им задачи партийного характера еще и по основному месту работы. Пресловутая «субъектность партии» несколько уменьшилась, зато словосочетание «партия власти» приобрело совершенно определенный уже не только пропагандистский, но и политический и управленческий смысл. 

Думаю, все поняли, у кого и рычаги, и ответственность.

Выступлю в несколько несвойственной мне роли комментатора аппаратных раскладов. Поскольку в телеге и около много…

Опубликовано Алексеем Чадаевым Воскресенье, 24 ноября 2019 г.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма