Машина про

На самом деле главная машина пропаганды, которая есть у борцов с режимом — это машина производства репутаций. Ее основной движок — русский культурный скрипт, в котором изначально зашита установка на то, что любой, кто «сотрудничает» с (оккупационной — а у нас она всегда оккупационная) властью, тем самым получает гарантированный минус к карме. И наоборот. Работает безотказно: ты можешь быть полным мудаком или подонком, но пока не «сотрудничаешь» — ты рукопожатен; то же и в обратную сторону. Скорость трансформации в ту или другую сторону поражает всякое воображение: скажем, еще вчера Павловский был доктором Зло, а сегодня уже глядишь — честный человек, почти как блогер Морозов. Или Собчак. Одни и те же люди берут интервью у Якеменко и пинают вчерашних собратьев, намылившихся ехать на Селигер.

Плохо это, ибо в конечном итоге работает на ту самую несменяемость власти — когда либо тотальная революция, либо тотальная же консервация всего. Но поделать с этим ничего нельзя, ибо, повторяю, слишком глубоки культурные корни явления — подозреваю, еще Гостомысл придумал звать варягов именно из-за того, что все местные лидеры уже к тому моменту закрепили образ штатных негодяев, и сделать с этим было ничего нельзя. Мы и будем все время соскальзывать в режим криптоколонии — до тех пор, пока не преодолеем этот псевдоморальный ригоризм русской «машины добра».

Алексей Чадаев

Учредитель и генеральный директор Аналитического Центра «Московский Регион». Старший преподаватель кафедры территориального развития, факультет госуправления РАНХиГС. Кандидат культурологии.