Главная / Внешние публикации / Друг моего друга мне друг, враг моего друга — особенно

Друг моего друга мне друг, враг моего друга — особенно

Ким Чен Ир опять едет в Россию

На днях мы узнали, что Ким Чен Ир посетит дальневосточный регион РФ, где состоится его встреча с Владимиром Путиным. Она, скорее всего, пройдет или в окрестностях Владивостока, или на одном из военных кораблей Тихоокеанского флота.

Второе вероятнее — страсть дорогого вождя и любимого руководителя к разнообразным милитаризованным транспортным средствам памятна всем нам по его знаменитой поездке на бронепоезде вдоль Транссибирской магистрали. Тогда именно это, т.е. сам способ передвижения и особый режим безопасности товарища Кима, из-за которого десятки тысяч граждан России вынуждены были часами ждать отменённых электричек и поездов, составляли основное содержание комментариев к поездке. Однако за смакованием подробностей карикатурного вояжа и прочих ярких особенностей нашего корейского друга мы, как правило, упускаем из вида то, ради чего происходят эти встречи и что из них может получиться. Между тем встречи и контакты с товарищем Кимом гораздо важнее, чем может показаться на первый взгляд.

Дело в том, что Ким, Саддам и иже с ними такая же часть советского наследства, от которого нам никуда не деться, как атомная бомба или мавзолей на Красной площади. На Кима и Саддама невозможно попросту «наплевать и забыть», и не столько потому, что союзников не бросают (бросают, и ещё как), сколько потому, что последствия этого в сложившейся ситуации будут описываться конструкцией «всем хуже». Однако наследство на то и существует, чтобы им распорядиться с умом, и от того, как Россия сумеет распорядиться доставшимся нам «богатством», во многом зависит наше будущее, место России в мире. В первую очередь это касается отношений с Западом: либо Запад привыкнет к тому, что с Кимом и Саддамом, как и с другими антизападными режимами, можно разговаривать только через нас, либо наоборот — к тому, что мы непонятно с кем дружим и от нас самих неизвестно чего ждать. А это в свою очередь зависит от того, на каких основаниях дружить и о чём именно договариваться. Поэтому дружба с дорогими товарищами имеет смысл только тогда, когда её условия и цели являются с самого начала понятными и прозрачными для стратегических партнёров по антитеррористической коалиции.

В конечном счёте, эта дружба органично вписывается в позиционирование России как стратегического лидера в постсоветской зоне влияния и основного партнёра-посредника между этим регионом и Западом. Такой порядок вещей, буде он установится, безусловно выгоден всем: и Западу, который будет иметь под рукой доброго следователя, и России, если она осознает себя региональным лидером и начнёт анонсированную недавно работу по собиранию земель. Позиция посредника — это так или иначе усиление своего влияния – не только дипломатического, но и экономического, культурного, военного. О том, как это выгодно самим диктаторам, и говорить не стоит: шанс использования российских каналов для позитивного диалога с Западом, на данный момент абсолютно невозможного впрямую, дорогого стоит — особенно в условиях, когда перед носом постоянного размахивают антитеррористической дубиной.

Как бы громко ни бряцали оружием в США, там слишком многие понимают, что реальные войны с режимами-«изгоями» на уничтожение — для США на самом деле не такой уж и хороший путь. Роль мирового жандарма тягостна и потенциально опасна, как и втягивание небольшой экспедиционной армии США в сразу несколько постоянных локальных конфликтов. Однако рубикон уже перейдён — смягчение внешней риторики после года громыхания железом будет однозначно расцениваться как проявление слабости, чего американцы позволить себе не могут. Поэтому Америке выгодна сегодня и собственная внешняя жесткость, и «усмирение-приручение» меченных «осью зла» при помощи России.

Однако самая большая сложность в выстраивании отношений с диктаторами — добиться понимания в России и на Западе того, что дружба с Кимами и Саддамами — это не дружба против кого-то в рамках игры в Советский Союз, а целенаправленное выстраивание отношений и альянсов в новой международной системе, основанное на взаимном интересе. Цели диктаторов просты и понятны: им необходимо любой ценой сохранить свою независимость от Запада и свободу действий в собственной стране, и при этом не дать населению умереть с голода и скатиться в каменный век в полной изоляции от окружающего мира. Задачи России также довольно ясны – в условиях постоянно напряжённых отношений с ближайшими соседями необходимо создавать прозрачные и очевидные стандарты партнёрства с теми, кто в этом заинтересован, приучая всех к своей договороспособности и предсказуемости как партнёра. Интерес западных держав в том, чтобы извлечь свою выгоду из этого процесса, получив дополнительный канал влияния на недоговороспособных «изгоев», заряженных на постоянную конфронтацию с США.

Таким образом, спрос на российско-корейскую дружбу и вытекающие из неё инициативы и решения достаточно велик. Остаётся ждать результатов переговоров между российским и корейским лидерами. Что же до неизбежных издержек этой дружбы, связанных с необходимостью отменять электрички и перекрывать автомобильные магистрали во время визитов дорогого вождя и любимого руководителя, — что ж, ради пользы родного государства простым гражданам можно и потерпеть.

Источник: http://www.publications.ru/comments/74823/

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма