Новая Ялта

Послевоенное устройство мира определит съезд проигравших

Когда американские истребители уже взлетали с авианосцев в Персидском заливе и кувейтских военных баз, на телеэкране появился российский министр иностранных дел Игорь Иванов. Он только что вышел с заседания в Совете Безопасности ООН и торопился сообщить радостную новость: в СБ ООН считают возможным политическое решение проблемы Ирака и очень сожалеют, что некоторые страны всё же предпочли силовой путь. Сегодня, выступая в Думе, он развил эту логику. По его словам, Совбез, несущий главную ответственность за мир и безопасность, «в полной мере справился со своими обязанностями», о чём говорит «уникальный опыт инспекторов ООН».

Совбез действительно справился. До такой степени, что уже не понятно, зачем он вообще нужен. Попытка «вернуть ситуацию в рамки ООН» — сегодняшняя официальная позиция российской власти – не что иное, как проект хирургической операции по восстановлению девственной плевы, технически, может, и возможный, но объективно бессмысленный. Когда говорят, что «ялтинский мир», т.е. сложившееся после Второй мировой войны мироустройство, рухнуло окончательно и бесповоротно, то подразумевают в первую очередь Совбез, и хотя после падения Берлинской стены ещё четырнадцать лет соблюдалась видимость жизни покойника, сегодня, наконец, тайное стало явным.

Американцы в полной мере несут ответственность за смерть «международного права» – и не только потому, что начали иракскую войну, но и потому, что в своё время приложили руку к разрушению СССР. Впрочем, если бы в холодной войне победили мы, роль «большого шайтана» вместе с мировым лидерством перешла бы к нам – они по отдельности не достаются. «Однополярный мир» с американской гегемонией – это мир, в котором атака 11 сентября возможна только в Нью-Йорке и нигде больше. Кстати, в отличие от него, многополярный мир – это мир, в котором в каждой из столиц-«полюсов» — Москве, Париже, Пекине, Дели и т.д. — возможен свой «Норд-Ост». Таков парадоксальный разворот конкуренции проектов мироустройства в конкуренцию терактов.

Теракты здесь упоминаются не случайно. Потому что роль мирового лидера – это ответственность, непонимание и одиночество, плюс постоянные угрозы и опасности, а вовсе не триумф и процветание. Что это такое, мы очень хорошо помним сами – по тем временам, когда сами были сверхдержавой. Но сегодня перед американцами стоит гораздо более насущная и животрепещущая проблема – восстановления собственной легитимности. Они начали войну, презрев правила, рассорившись с союзниками, растратив кредит сочувствия, полученный ими 11 сентября, заслужив поистине планетарную ненависть; со всем этим сегодня могут не считаться разве что откровенные маргиналы – типа наших вчерашних союзников по восточному блоку. И одно это само по себе – гораздо большая угроза американской безопасности, чем иракское оружие массового поражения. При этом международные институты, отвечающие за мировую безопасность, не действуют; и это, при наличии такого конфликта, действительно создаёт опасность великих потрясений.

Для каждой страны сегодня есть только одна весьма неприятная альтернатива: либо расслабиться и получать удовольствие, ожидая, когда тебя запишут в «ось зла», либо разжигать пожар мирового конфликта. Оба хуже некуда.

Из этой ситуации, по большому счёту, есть только один выход. Атрофия старых правил миропорядка не является поводом для полного упразднения каких-либо правил. Скорее, наоборот: это повод создать новые. Сегодня необходимо формирование новых международных институтов, либо серьёзная, кардинальная реформа имеющихся. Иными словами, новая «ялтинская конференция». Международная акция, целью которой должно быть установление нового миропорядка и новой системы договорённостей, которую можно положить в основу международного права. И отправить, наконец, в историю бессмысленный и неэффективный «Совет безопасности».

Понятие «ялтинской конференции», конечно, нельзя понимать буквально. Саммиты «большой тройки» в Ялте и Потсдаме были съездами победителей; сегодня возможен только съезд проигравших. Америка может победить Хусейна в результате военных действий, но её международное дипломатическое поражение и поражение в информационной войне гораздо более значимы. Впрочем, все остальные – и члены Совбеза, и вся «большая восьмёрка» в полном составе – тоже на самом деле ничего не выиграли от случившегося.

Война – не информационная, не холодная, а обычная – дело во всех отношениях скверное, но в ней несомненно есть один плюс. Неразришимые противоречия, сложившиеся перед ее началом, разрешаются победой – узел рушится под ударом. Особенностью нынешней удивительной войны является то, что никакие противоречия никуда не денутся, а, наоборот, только усугубятся. В этом смысле безразлично, как закончится операция в Ираке. Это в любом случае будет победа американцев, и в любом случае пиррова – изведя множество денег, техники и человеческих жизней, американцы получат все те же проблемы, которые у них были 20 марта. И вопрос только в том, как скоро они поймут это.

Источник: http://www.publications.ru/comments/132597/

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма