Новые правые

Нынешние выборы в Госдуму были проиграны либеральными партиями задолго до того, как началась собственно выборная кампания. Унизительная борьба за перешагивание пятипроцентного барьера, отчаянные попытки насолить друг другу, потеря наиболее преданных избирателей — четыре года назад такое невозможно было даже представить. Тогда, в 99-м, казалось, что следующие выборы у них уже в кармане. Однако время рассудило иначе, убежав от демократических лидеров 90-х так быстро, что те не смогли его догнать.

Среди основных причин поражения лидеры правых называют административное давление со стороны власти, блокаду доступа к основным телеканалам, раздробленность либеральных партий и т.д. Сторонние комментаторы кивают на неадекватность самих лидеров, тактические просчеты в кампании. Смею думать, однако, что все это — факторы второстепенные. Главная же проблема СПС, очевидная еще задолго до начала кампании, заключается в том, что его просто не существует в природе — точнее, это партия-фантом.

Термин «партия-фантом» не означает, что эта партия не имеет реального электората, массы сторонников в обществе. Разница между партией-фантомом и реальной партией — исключительно в механизме коммуникации между политическими лидерами и их сторонниками. В случае реальной партии коммуникатором выступает живая и разветвленная партийная инфраструктура, а в случае партии-фантома — СМИ, через которые лидеры доносят до сторонников свою позицию. При этом выбор стоит либо-либо; совмещение этих двух способов сегодня дело почти невозможное — что и доказал пример КПРФ, впервые в своей истории получившей серьезные деньги на кампанию и в результате утерявшей возможность заставить свои отделения на местах работать так, как раньше.

Как только у СПС возникли проблемы с доступом к медиаресурсам, стало ясно, что у них будут огромные сложности с прохождением в Думу. При этом было бы ошибкой думать, что причиной этого является отсутствие в России правого электората. Он есть, и процент его довольно велик, однако структура того же СПС не устроена таким образом, чтобы взаимодействовать с этими людьми помимо телевизионной пропаганды. Штаб СПС состоял исключительно из специалистов по т.н. «пиару», к тому же абсолютно уверенных в том, что Россия — страна левая, чужая, враждебная правым ценностям вообще и им лично. В итоге кампания свелась к бессмысленным призывам о союзе с Яблоком ради прохождения в Думу и еще более бессмысленному навешиванию ярлыков — борьбе с т.н. «фашизмом» в лице Глазьева и Рогозина. И это — на фоне тактического альянса с КПРФ, направленного на борьбу с «режимом». Правый избиратель, видя такое дело, на выборы вообще не пришел, либо же проголосовал за ЛДПР, «против всех», «Единую Россию» — далее везде.

Кроме того, правый электорат очень чуток ко лжи — гораздо чутче левого, привыкшего к популистской риторике. И когда вошедший в первую тройку СПС третьим номером А.Б.Чубайс, который заведомо не собирается идти в Думу, становится хэдлайнером кампании, а номинальные лидеры Немцов и Хакамада прячутся за него и молчат в тряпочку — люди начинают теряться, за кого же им предлагают голосовать. Когда СПС не выставляет ни одного сильного кандидата в депутаты в Москве, не идет, как 4 года назад, на выборы мэра Москвы, отказывается от участия в президентских выборах, ничем не объясняя свое капитулянтство — им перестают верить. Когда СПС вместо содержательной программы, хоть какой-то повестки дня сначала выкатывает сляпанный на коленке лозунг «либеральной империи», а потом тут же про него забывает — от них отворачиваются и сторонники, и противники этого лозунга.

Наконец, когда — уже после выборов — все эти люди подают в отставку, но тут же через слово заявляют открытым текстом, что слишком усердствовать в самобичевании не собираются, и вообще «не получилось сейчас — получится в следующий раз» (Б.Немцов на «Эхе Москвы») — становится ясно, что их политическая звезда необратимо закатилась. Как выразился А.Громов, «врач сказал — в морг».

Однако освободившаяся праволиберальная политическая ниша не терпит пустоты, и вопрос появления новых правых — это уже вопрос исключительно времени и техники. Однако появление это возможно не тогда, когда будет заявлена сама эта идея и даже не тогда, когда она оформится в политическую силу, а только тогда, когда она сумеет преодолеть 7% барьер на следующих парламентских выборах — это важно понимать. Соответственно, следующие четыре года на всех нас лежит огромная ответственность — мы обязаны сами, своими руками вырастить и довести до приемлемого состояния новый партийный проект, тщательно оберегая его и от ошибок прошлого, и от угроз настоящего и будущего.

Кто такие «новые правые» — или, точнее, в чем их принципиальное отличие от «старых»? Главная задача, которую им нужно решить — это выстроить внятную, осознанную политику по отношению к президенту Путину и проводимому им политическому курсу. Не должно быть такой ситуации, когда, с одной стороны, электорат требует жестче критиковать президента, а с другой — сложная система взаимоотношений с властью делает невозможным какую-либо отчетливость этой критики. И поддержка, и неподдержка президента должна базироваться на сознательном выборе, а не на причудах внешней конъюнктуры. И, безусловно, этот выбор может быть только государственническим, таким, чтобы критика власти, даже самая жесткая, не означала борьбы с государством (или даже ее имитации) — как это нередко случалось у СПС.

Иными словами, необходимо параллельно с максимальной поддержкой всех либеральных инициатив, исходящих от власти, отстраивать механизмы собственной независимости от нее. В этом сегодня заинтересована, судя по послевыборным выступлениям президента, и сама власть, которой все более нужны осмысленные союзники, и все менее — послушные сатрапы. А потому придется создавать реальную партию, независимую и от Кремля, и от положения дел на центральных СМИ, и от денег крупных спонсоров — массовую политическую силу, живущую, как это ни дико звучит в наше время, на членские взносы. Этого, увы, никто никогда не делал в России — и не умеет; но только в этом случае «средний класс», который лучше других знает, что бесплатный сыр бывает лишь в мышеловке, поверит в новый правый проект.

Кроме этого, необходимо заново отстраивать правую повестку дня — ответы на самые главные вызовы времени. Это и проблема статуса собственности, и отношение к массовой миграции и демографическому кризису, и задача стимулирования экономического роста, и эффективное расходование средств госбюджета вкупе с отладкой госаппарата, и, наконец, международное позиционирование России, список желательных союзников и противников. Всего этого у СПС-2003 попросту не наблюдалось; не дай Бог, если та же ситуация повторится у новых правых в 2007 году.

И, наконец, нужна кардинальная смена публичных лиц, возможная только в случае окончательного ухода с политической сцены всех тех, кто несет прямую и непосредственную ответственность за то, что правые не сумели воспользоваться благоприятнейшей конъюнктурой первого путинского срока. А, значит, необходимо аккуратно и бережно выращивать новых политических лидеров, предоставляя им возможность высказываться, активно участвовать в текущей политической полемике — так, как будто бы новая правая партия уже представлена в Государственной Думе. При этом такое выращивание категорически не означает отсутствия критики: всем памятен опыт карт-бланша, предоставлявшегося лидерам СПС по принципу «лишь бы не было войны».

Новый правый политический проект — общая задача, которую невозможно реализовать узкой группой энтузиастов — даже если это очень влиятельные и состоятельные энтузиасты. Его успех может быть только лишь следствием сколько-нибудь согласованных усилий огромной прослойки людей — новой элиты, всех тех, кого так и не сумел консолидировать СПС. Именно потому, что новые правые обречены быть партией активного меньшинства, пусть это меньшинство и составляет уже 15-20% от всего общества, необходимо найти механизмы, позволяющие этому меньшинству преодолеть свои частные интересы.

Как ни смешно, основная проблема здесь — даже не в амбициях; скорее наоборот. Уже несколько лет назад публичное лидерство в правом политическом проекте было делом настолько малопочетным, что те же Чубайс и Кириенко как могли прятались друг за друга. Пока не нашли, наконец, как им казалось, профессиональных высокооплачиваемых шоуменов для этой работы. Шоумены, однако, оказались до такой степени не на высоте, что даже возвращение Чубайса в последний момент оказалось слишком запоздалым. А потому кастинг на роль публичных лидеров этого процесса будет скорее отрицательным — если где и выстроится очередь, то разве что на должности серых кардиналов.

И тем не менее, все это — решаемые, зримые и, в сущности, менеджерские, а не метафизические проблемы. Буквально: засучить рукава и работать — не боясь иной раз намозолить руки. Всего-то и дел.

Источник: http://old.russ.ru/politics/20031210-cha.html

Алексей Чадаев

Советник Председателя Государственной Думы РФ, директор Института развития парламентаризма. Старший преподаватель кафедры территориального развития, факультет госуправления РАНХиГС. Кандидат культурологии.