Главная / Внешние публикации / Президент бюрократии

Президент бюрократии

Всю послепраздничную неделю разворачивается сюжет с протестными акциями по поводу отмены льгот. Не остался в стороне даже Патриарх Алексий, издавший послание с мягкими нравоучениями в адрес правительства.

…в адрес правительства.

Собственно, главное открытие этой недели — то, что в России, оказывается, есть правительство как самостоятельный политический объект. Весь прошлый год прошел под знаком отрицания этого факта. Единственные, кто вспоминал о существовании правительства — аутсайдеры из думской партии власти, пытавшиеся выдвинуть лозунг «правительство в отставку» и тем самым отделить свою лояльность президенту Путину от позиции в отношении правительства Фрадкова.

Разумеется, этих хитроумных маневров никто не понимал. Потому что в массовом сознании — о чем неоднократно твердили социологи — правительство уже довольно давно является чем-то вроде одного из департаментов администрации президента. И, следовательно, не является ни самостоятельным субъектом, ни даже самостоятельным объектом, и в силу этого не может нести ни за что никакой собственной ответственности, отличной от ответственности президента.

Иначе говоря, «правительство в отставку» — это лозунг «Путина на мыло», но сказанный трусливым шепотом; так, чтобы никто, не дай Бог, не заметил. Разумеется, это смотрится как суета и ничего больше.

Однако на самом деле за «монетизацию льгот» ответственность несет именно правительство. Это идея, вышедшая из недр Минэкономразвития, поданная как первое серьезное реформистское действие нового, прошедшего административную реформу аппарата. Это — первая серьезная проверка на прочность нового «экономического блока» (Греф-Кудрин-Жуков) и нового премьера.

Однако волна протеста направлена не на них, а персонально на Путина. И все эти правительственные персонажи рассматриваются людьми не как какие-то самостоятельные ответственные персонажи, а как исполнители воли главы государства. То есть невозможно критиковать их деятельность и при этом оставаться лояльными президенту.

Милиционер — старушке в метро: «ты за Путина голосовала? Вот и думай в следующий раз».

За что расплачивается президент? За «вертикаль власти»? За отсутствие ярких и сильных личностей на высоких постах? За то, что второй, третий и четвертый посты в государстве занимают персонажи, чье присутствие в политике не разглядишь и под микроскопом? Да, но главное все же не в этом.

Главное — это кастовый принцип «не сдавать своих». То есть пришедшая вместе с Путиным традиция неувольняемости высоких чиновников, к которой за эти годы нас приучили прочнее некуда. Под сановных отставников создаются именные министерства, выдумываются новые должности, они то отправляются «поднимать казачество», то становятся персональными советниками президента по какому-то вопросу, то назначаются спецпредставителями при ЕС — но ни за что не выпадают из обоймы. Нет и не бывает такого провала, за который сегодня может последовать громкая и позорная отставка.

Следствием такой кадровой политики стали две вещи. Первая — это абсолютная вера аппарата в своего руководителя. Путин — президент бюрократии, которая развесила в своих кабинетах его портреты, молится на него и будет биться за него до последнего.

Вторая — это всеобщая убежденность в том, что за все и вся, за каждое движение управленческой машины, за любого районного письмоводителя ответственность несет лично президент.

И, как следствие — плакаты в руках стариков на перекрытом Ленинградском шоссе: «Путин — враг хуже Гитлера».

…Бывает и другой стиль управления. Например, в 1922 году, после того, как Московский комитет ВКП(б) покрыл своих проворовавшихся сотрудников, не дав возможности их осудить, возмущенный Ленин написал письмо в Политбюро, где, в частности, было и такое: «…Московский комитет уже не первый раз фактически послабляет преступникам-коммунистам, коих надо вешать. Предлагаю… Циркулярно оповестить НКЮст (копия губкомпартам), что коммунистов суды обязаны карать строже, чем некоммунистов. За неисполнение этого нарсудьи и члены коллегии НКЮ подлежат изгнанию со службы». В постскриптуме к письму вождь пролетарской революции приписал следующее: «Верх позора и безобразия: партия у власти защищает «своих» мерзавцев!!»

Путин хочет быть похожим на Сталина? Так вот: Сталин превратил этот ленинский принцип в систему — коммунистов во всех случаях вешали и расстреливали первыми. На нынешнем языке это называется «сталинские репрессии». На тогдашнем — обуздание безнаказанности функционеров из «партии победителей», возомнивших, что им теперь все можно и все сойдет с рук.

Сейчас мы смеемся над наивными исповедями людей той эпохи, в один голос твердящих: «могли ошибаться на местах, но Вождь ошибаться не мог». Наверное, со временем потомки будут смеяться над нынешними исповедями, построенными строго по обратному принципу, в контрапункт. Но правда состоит в том, что торжествующий сегодня принцип коллективной безответственности — действительно лежит на совести лично Путина.

Хотя после этой недели стало ясно, что правительство, как бы то ни было, тоже существует. И за весь этот позор монетизации — от самой идеи (вполне сомнительной) до ее реализации (откровенно провальной) ответственность несет именно оно. И именно оно должно быть отправлено в отставку как неработоспособное.

…Либо же правы те, кто говорит, что во всем виноват лично Путин, и более никто.

Источник: http://old.russ.ru/culture/20050113_cron.html

Алексей Чадаев

Учредитель и генеральный директор Аналитического Центра «Московский Регион». Старший преподаватель кафедры территориального развития, факультет госуправления РАНХиГС. Кандидат культурологии.