Главная / Внешние публикации / Апокалипсис в отдельно взятой семье

Апокалипсис в отдельно взятой семье

История с расчлененкой у Кабанова — это пожестче, чем с 12-летними девочками. Даже Пелевина цитировать как-то не тянет (хотя черепа и скальпы в шкафу…).

Но я здесь обратил особое внимание на всплывшую предысторию — многолетние неудачные попытки Кабанова сделать “кафе для друзей”, как когда-то много лет назад начинались — и выстрелили — ОГИ. Ребята рисковали — и прогорали, занимали в долг, не отдавали, продавали квартиры, мухлевали с кредитом, из раза в раз наступая на одни и те же грабли.

И явно тут не в желании заработать было дело — скорее, его все время вытесняло другое желание: быть хозяевами “флэта”, куда приходят “друзья” и ведут “хорошие разговоры”. И это, в общем, скорее получалось — благо дефицит таких мест всегда был и никуда не делся. А вот бизнес-модель все время хромала на обе ноги.

Даже Ицкович, многие годы балансирующий — то открывая, то закрывая новые кабаки — с трудом тянет на “историю успеха”, что уж говорить о последователях. На самом деле общепит — бизнес коварный, и в тот момент, когда ты пытаешься сделать что-то из логики “для друзей”, чаще всего все и сыплется. Знаю это не понаслышке из десятилетней давности истории с Васей Лавровым (создателем легендарного когда-то, еще в 90-е, “Экипажа”) и его неудачных попыток повторить тот успех в клубе Дума” — я тогда в этом принимал живое участие.

Кстати, тот опыт меня если чему и научил, то как раз тому, что если хочешь заработать на общепите, то делать его надо не “для друзей”, а наоборот — для врагов. Создатель “Макдональдса” Рэй Крок не даст соврать. Накормили дешевой дрянью всю планету, при том, что первые двадцать лет были в долгах как шелках, но клали все на алтарь роста оборотов “любой ценой”. До тех пор, пока не стали неотъемлемой частью бренда USA.

Почему это важно в истории Кабанова? А вот представьте: ну, допустим (если все так и было, как говорит следствие), удалось бы даже ему выкрутиться, сымитировав бесследное исчезновение жены и ситуацию “поиски не дали результата”. И что? Остался бы без работы, с долгами, детьми на руках и квартирой, из которой вот-вот выселят. И твердым имиджем неудачника, с которым уже точно никакой “проект” не замутишь. А в тюрьме хотя бы кормят. И кредиторы не звонят, опять же.

А теперь представим, если эти соображения у него имели место не _после_ ситуации с женой, а _до_ и _во время_ нее.

Ну а теперь обобщим. То, что “потребительский класс” (с какого-то перепугу держащийся за самоназвание “креативный”) приговорен к списанию в утиль за ненадобностью, причем не только у нас, а практически во всем “мировом городе”, уже более-менее ясно. Симуляторы прошлых эпох, типа “создай свой стартап” или “сделай карьеру в крупной компании”, заржавели и не работают. Потребительский кредит добил и без того дышащее на ладан “благополучие”, заставив людей платить на 20-25% дороже за те же вещи, и одновременно покупать их все больше и больше.

В России с этим еще хлеще, поскольку у нас практически вся социальная пирамида, от олигархов до бомжей, сидит на велфере, даже когда сама о себе думает как-то иначе. Просто объемы пособия у всех согласно чину. И система устроена так, что слезть с велфера нет никакой возможности — даже если ты вдруг почему-то успешен, за тобой приходят и отжимают созданный тобой “генератор потока” в пользу “правильных пацанов”.

А теперь про убийство. В декабре в одном провинциальном городе сидели люди (молодые и не очень) и разговаривали о намеченном на 21.12. конце света. И один из участников разговора спросил: скажите, а если б вы и правда точно знали, что через неделю Солнце взорвется, как бы вы провели эти оставшиеся дни? И один из участников сказал: а я бы взял оружие и пошел убивать тех, кто меня обидел. Понятно, что они и так бы все погибли через несколько дней, но я хочу успеть отомстить.

Я, который размышлял главным образом о составе выпивки и закуски на эти гипотетические дни, был, мягко говоря, потрясен услышанным. Особенно с пониманием того, что таких “мстителей” на самом деле будет в этом случае очень и очень много.

Надо ли говорить, что в одной отдельно взятой семье такой конец света может настать безо всякого взрыва Солнца? Собственно, все, что нужно для входа в это состояние — решить для себя, что ты уже умер. А дальше, как говорят Грейджои, “мертвое не может умереть”. Вполне годится как девиз, когда идешь вешать на дереве тех, кто до этого двадцать лет был твоей семьей.

Не хочу показаться Иеремией, но, боюсь, в ближайшие годы истории типа той, что была с Кабановым, перестанут кого-либо шокировать. Станут частью нашей с вами повседневности. И, в отличие от каждого конкретного примера, в общем случае не скажешь даже определенно, кто в этом виноват. “Жизнь такая”.

Источник: «Русская смерть»

Алексей Чадаев

Учредитель и генеральный директор Аналитического Центра «Московский Регион». Старший преподаватель кафедры территориального развития, факультет госуправления РАНХиГС. Кандидат культурологии.