Алексей Чадаев Наблюдения, замечания и предложения
События вокруг пенсионной реформы — подход к точке бифуркации. Главное, что меняется — можно быть «за Путина» и при этом «иметь мнение». Все последние годы мы жили в логике либо-либо. А тут президент сам вышел с мнением — не с решением, указом или распоряжением, а с мнением, причем описанным им самим как неокончательное, обсуждаемое и т.д.
Мне будет жить легче — я всегда попадал в этот зазор либо-либо, ибо был и есть, с одной стороны, путинист из разряда «правее только стенка», а с другой — все время получал по мозгам за мнения, то и дело расходящиеся с единственно верным.
Но сейчас возникает новая реальность, в которой, если твое публичное мнение отличается от некоей системной доминанты, из этого не следует автоматически, что ты враг страны, крымнаша, прорыва, агент госдепа и перуанской разведки. Это главное, что необходимо защищать — важнее всякой фигни вроде «партийной дисциплины» и прочего «единства». Враги всем известны, пронумерованы и маркированы; все остальные, кто с мнением — не враги и не предатели; и с ними надо разговаривать и договариваться, а не пытаться нагнуть и выстроить.
Нет, конечно, многие уважаемые товарищи будут, как привыкли, пытаться нагнуть и выстроить, вращать глазами и строить из себя «органчиков» по Салтыкову-Щедрину. Но начиная с лета 2018 года они уже — уходящая натура. Вчерашний день.
Как только станет очевидно, что возможность дискуссии, формулирования и отстаивания позиций не приводит автоматически к «ужасам 90-х», «потере управляемости», «разбалансировке системы» и т.п. — ситуация начнет меняться очень быстро. Потому что в сегодняшней системе едва ли не все живут в режиме «у меня есть мнение, но я с ним не согласен»; сейчас пока еще за эту черту рискуют заступать только совсем безбашенные. Но они, в сущности, и есть трендсеттеры, и сегодня это уже факт.
Кто в проигрыше? Составители темников, вестимо. Теперь труды их плодов будут тоже мнением. Всего лишь. Одним из.
