Главная / Основной блог / Ссылки / Фейсбук / О требовании ЕСПЧ узаконить однополые браки

О требовании ЕСПЧ узаконить однополые браки

В связи с требованием ЕСПЧ к России признать права однополых пар.

1. Я уже давно сформулировал свою личную позицию по вопросу и пока не вижу оснований ее менять. Она такая. Что касается отношения к как таковым sexual diversity и к гомосексуалам в частности — исхожу из того, что тело является неотъемлемой личной собственностью каждого человека, и жопа, в частности, тоже; и всяк волен использовать эту самую собственность по своему усмотрению любым способом. Любые попытки диктовать тут правила есть нарушение личной свободы. Более того, я вообще с подозрением отношусь к понятию «сексуальной ориентации» — тк знаю множество людей, у кого она, что называется, «как пойдет»; в этом смысле скорее уместно говорить о сексуальных привычках.

2. Но дальше встают два вопроса. Во-первых, это отношение к «гей-бракам». Тут я долгое время был на стороне традиционалистского большинства — «брак это союз мужчины и женщины», точка. Но есть ряд позиций, почему этот подход в чистом виде просто не работает. Характерная новость откуда-то из Ирландии — где двое пожилых соседей-мужчин, не будучи геями, заключили между собой брак — исключительно из тех соображений, чтобы после смерти одного из них имущество унаследовал сосед, а не дальняя родня, с которой все горшки побиты. И вот тут ключ к проблеме. Живет, к примеру, однополая пара, считают друг друга близкими людьми. Один из них попадает в больницу — второго туда не пустят; он юридически ни с какого боку не родственник. Умрет без завещания — наследство также уйдёт родне, а не этому самому партнеру. Здесь смысл в том, что брак это в огромной степени правовой и хозяйственный институт, регулирующий общую собственность, общее хозяйство и права партнеров в отношении друг друга. И в этом смысле вопрос встаёт не о sexual diversity как таковом, а о праве человека произвольно выбирать, «кто твой ближний» — либо, наоборот, подчиняться предзаданному кровному родству. Собственно, брак в обычном смысле (плюс усыновление/удочерение) — это единственный на данный момент легальный способ объявить «ближним» того, кто не является кровным родственником. И вот здесь, возможно, нужен механизм, позволяющий назначать родней того, кого я сам хочу считать родней. Не только для геев — вообще для всех. И дальше вопрос — использовать ли для этого существующий институт брака (путь, по которому пошла прогнившая гейропа), либо создать какой-то новый, работающий не только для ситуаций с однополыми парами, но и, например, для таких — человек ушёл в монастырь и ближними своими обьявил других монахов, а не свою кровную родню. Для таких случаев, как мы понимаем, признание однополых браков не работает, да и откровенно неэтично его сюда приспосабливать.

3. Во-вторых, это отношение к «гей-парадам» и прочей «открытой пропаганде ЛГБТ… и еще там сколько-то разных букв после Т». Здесь суть вопроса — это добиться от общества в целом, чтобы оно признало sexual diversity разновидностью социальной нормы, то есть вывело за границы приличий любую форму «шейминга» и дискредитации человека за его сексуальные вкусы и привычки. В пределе, все сводится к тому, чтобы объявить социальной нормой тезис о том, что и вопрос сексуальных предпочтений, и вопрос собственной «гендерной идентичности» является делом персонального выбора, и вообще любая версия этого выбора считается приемлемой. А любое общество, пытающееся что-то здесь диктовать своим членам — является варварским и несвободным.

И вот здесь я, честно говоря, включаю параноика. Мы живем в эпоху, когда происходит неуклонное закрепощение человека и уменьшение его пространства свобод. Особенно это заметно стало в новейшую эпоху ковида, когда твоё биологическое тело в ряде случаев объявляется орудием преступления просто по факту его наличия — например, не надел маску или не привился значит враг общества. Но основное закрепощение идёт по старой доброй экономической линии — рост разрыва между богатыми и бедными, появление и стремительное «отвердение» сословных перегородок, формирование наследственного неравенства и наследственной бедности и т.д. И на этом фоне нам предлагают единственную сферу освобождения — свободу сексуальной и гендерной идентичности; видимо, в порядке компенсации за стремительный рост всех остальных несвобод. Извините, но я это не покупаю. Мне это кажется каким-то жульничеством. Мне предлагают свободу в тех сферах, в которых я ее не просил, а взамен отбирают ее в тех, которые для меня действительно важны. И в этом смысле правильная позиция такая: окей, давайте вернёмся к этому вопросу — но только после того, когда решим вопросы с основными, более важными для меня свободами. А тех, кто топит за эти вот свободы, а не за настоящие, давайте попросту объявим агентами мирового империализма и так к ним и будем относиться.

Такая позиция была бы намного более твёрдой, чем вот это «не дадим рушить наши традиционные ценности». Но нет, наши ведутся — и предсказуемо попадают в дискурсивную ловушку. Потому что фундамента нет, а есть только реконструкторский — и потому неубедительный — традиционализм.

Алексей Чадаев

Директор Института развития парламентаризма